Весь дальнейший полет Вероника просмотрела в окно иллюминатора, в  котором виднелись причудливой формы облака и слабое очертание океана. Она не боялась высоты и поэтому смело смотрела вперед, туда, куда несла ее железная птица, к своей новой судьбе и жизни. Она не о чем не жалела. Да, и было ли о чем жалеть? Там в Москве у нее никого не осталось, так какая разница, где начинать жить с нуля.
   Внимательный взгляд Вероники выхватил облачко, сильно напомнившее ей солнышко, от которого расходилось много маленьких облачков, напоминавших пухленькие лучики, лениво стремящиеся в путь к людям и природе, чтобы порадовать и согреть их. Ника невольно улыбнулась. Она посчитала это счастливым знаком. Впервые за много дней она была счастлива и хотела делиться своим счастьем со всеми: с милой пожилой парой, со стюардессой и даже с малышом, который как егоза крутился на кресле через проход и словно ослик из Шрека мучил свою маму одним и тем же вопросом: "Мы уже прилетели?”. Каким же забавным и веселым он был. Вероника любила детей и всегда мечтала иметь много маленьких топочущих ножек в своем доме. И она была уверена, что очень скоро так и будет. Улыбнувшись малышу, она быстро показала ему язык и отвернулась. Малыш рассмеялся вместе с ней.
   Вероника снова посмотрела в окошко и увидела вдали едва различимые огоньки, означающие, что ее полет скоро закончится.
   Как будто в подтверждении ее мыслей, из динамиков донесся голос пилота:
   "Дамы и господа, леди и джентльмены, мы рады приветствовать вас на борту нашего самолета. Через десять минут мы прибываем в Нью-Йорк. Просьба пристегнуть ваши ремни и не вставать с места да момента полной остановки самолета. Погода в Нью-Йорке солнечная, минус один градус по Цельсия. Приятного приземления и спасибо, что выбрали "Аэрофлот”.”
   Улыбчивая стюардесса прошла по проходу, помогая присутствующим занять свои места и пристегнуть ремни безопасности. Вероника справилась со всем этим сама, и на немой вопрос бортпроводницы ответила лишь легким наклоном головы и обворожительной улыбкой. Все внутри у нее трепетало, а сердце бешено билось готовое вырваться наружу. "Скоро, очень скоро я буду на месте.”
   Через десять минут самолет плавно приземлился на одной из посадочных полос аэропорта имени Джона Кеннеди в Нью-Йорке. Через несколько минут подали автобус, и вот уже счастливая и довольная Вероника шла по залу аэропорту к месту встречи пассажиров. У нее не было с собой много багажа, всего лишь старенький видавший многое чемодан и большая дорожная сумка из которой торчало одно мягкое плюшевое ухо.
   Как завороженная Ника задрала голову наверх и посмотрела на небо, которое можно было увидеть сквозь стеклянную крышу здания. Последние лучи заходящего солнца переливались на стеклянной поверхности и отражались на стенах аэропорта. Все это было так красиво и необычно для нее. Ей хотелось танцевать и петь, все внутри у нее  радовалось вместе с ней. Она шла вперед, не обращая ни на кого внимания, разглядывая сооружения и людей, которые совсем не были похожи на вечно куда-то спешащих москвичей.
   Она сама не заметила, как случайно наткнулась на спокойно стоящего впереди нее старичка. Ей стала очень стыдно и неудобно. Покраснев от смущения, он пробормотала:
   "Простите меня, пожалуйста. Я просто задумалась.”
   Пожилой мужчина ласково улыбнулся ей в ответ. " Ничего страшного, деточка. Ты еще молодая, поэтому тебе свойственно мечтать.”
   Еще раз, извинившись перед ним, Ника прошла чуть вперед и стала разглядывать людей в аэропорту. Она не была уверена, будут ли ее встречать или нет. Но ей всегда казалось, что представители такого важного университета должны заботиться о своих сотрудниках, особенно о тех, кто никогда не был в этом городе, собравшем тысячи иностранцев со всех уголков света.
   "Ника, а ну-ка давай мысли логически,” – мысленно растолковывала она себе. "Они сами прегласили тебя на эту должность, поэтому в их интересах встретить и сопроводить тебя.” Чуть приободрившись этой мыслью, она еще раз оглянулась по сторонам и замерла на месте.
   - Черт, пробормотала она тихо. Затем наклонилась и достала листочек бумаги. И как она могла забыть про него? Неужели те полчаса дома на ковре так легко могли улетучиться из ее головы? Ведь она так старательно и не один раз выводила эти буквы на листочке, а тут раз и забыла. Мысленно посмеявшись над собой, она взяла этот листочек и распрямила его. Красивыми буквами на нем черным маркером было написано:
   Несколько минут ничего не происходило, и она уже была готова пойти и найти ближайший телефон, позвонить ректору и разнести его гостеприимность в пух и прах. Она уже потянулась за ручкой чемодана, как вдруг чей-то голос остановил ее.
   - Миссис Новикова, - голос был глубоким и очень приятным.
   - А вот и мой кортеж, - подумала Вероника про себя и повернулась. То, что она увидела, превзошло все ее ожидания. На миг она даже перестала дышать и не слышала ничего кроме бешеного стука своего сердца. В нескольких шагах от нее стоял очаровательный незнакомец лет двадцати семи и улыбался ей такой обворожительной улыбкой, что Нике сразу же захотелось наброситься на него и сорвать всю одежду, но она сдержалась. Она всегда была очень воспитанной и благоразумной девушкой.
   - Вероника Новикова, - продолжил красавчик, по смешному делаю ударение на втором слоге ее имени, - я из Нью-Йоркского Университета. Ректор поручил мне встретить и сопроводить вас. И он не ошибся насчет такого сокровища.
   Последние слова были произнесены очень тихо, но Нике все равно удалось услышать их, отчего она немного смутилась и покраснела.
   - Мисс, и называйте меня, пожалуйста, Ника, вам будет так проще, а мне приятнее. И Приятно познакомиться, - она протянула ему руку.
   - Я Ник, и очень рад встретить вас, - ответил он и пожал ее руку.
   Его прикосновение было нежным и мягким, как будто он бережно сжимал ее руку, боясь сдавить посильнее и в любой момент, ожидая того, что она исчезнет, или расколется на мелкие осколки.
   Ника внимательно вглядывалась в черты лица молодого человека. Его голубые глаза манили своей радостью и необычайный оттенком, который она нигде и ни у кого еще не видела. Она могла смотреть в них бесконечно и видеть маленькие отражения – кусочки чувств и эмоций, а также отблеск своих сапфировых глаз в его маленьких озерах. Его темные волосы непослушными прядями падали ему на глаза, придавая ему вид эдакого чудака, которого только подняли с кровати и заставили куда-то отправиться. Но все это не отталкивало, нет, ни в коем случае. Это только завораживало и притягивало к нему.
   Ник слегка откашлялся, явно стараясь привлечь ее внимание. Вероника вздрогнула и покраснела. Она сама не заметила, как крепко сжала его руку и не отпускала его. Она просто стояла и смотрела на него, не говоря ни слова. – О, Боже, какой же глупой я ему, наверное, показалась, - подумала она про себя, проклиная свою мечтательность и растерянность.
   - Ой, простите, это все последствия перелета. Ну там всякие воздушные ямы и турбулентность, ну ты сам наверняка все понимаешь, - начала она нести всякий бред, лишь бы только нарушить это неприятную тишину и чем-то занять паузу и сама не понимаю, как перешла на ты.
   - Да, да, еще вся эта трясучка и одно сплошное небо. Неудивительно, что тебя укачала, - поддержал Ник ее шутливую болтовню. – ну, что забираем чемоданы и вперед?
   Ника с недоумением посмотрела на него, как будто не понимая, о чем это он таком толкует.
   - А, ты имеешь в виду мои чемоданы? Это все, что я привезла с собой. Начинаю жить сначала, - сказала она, показывая на чемодан и дорожную сумку.
   - С этим милым плюшевым другом? – пошутил Ник, взглядом указывая на торчащее плюшевое ухо.
   Ника смутила.
   - Да, - произнесла она тихо и замолчала.
   Пауза затягивалась. Они стояли, молча, и смотрели друг на друга, не знаю, что сказать иди делать дальше. Веронике было тяжело и больно объяснять, что для нее значит этот медвежонок. К тому же она не была уверена, что он поймет ее и ее чувства. Ник просто не знал, что задав этот вопрос, заденет что-то важное внутри нее и теперь стоял и ругал себя, за то, что упомянул это.
   - Прости, - прошептал он.
   - Не страшно, - выдавила она из себя улыбку.
   - Ну что, тогда пойдем. Питер просил отвезти тебя на съемную квартиру, которая с этого дня перейдет в твое пользование. Надеюсь, тебе понравится. Она недалеко от Университета.
   - А я уверена, что мне здесь все понравится, - уверенно произнесла Ника и очень смешно сморщила лоб.
   Рассмеявшись, Ник взял ее чемодан и вмести бок о бок они направились к стоянке такси, улыбаясь друг другу и новому для нее городу.

***
 
  В нескольких метрах от них мужчина среднего возраста еще раз внимательно посмотрел на фотографии. Без сомнения это была она, та девушка, чей прилет он должен был зафиксировать и сообщить о нем в вышестоящую инстанцию. Еще раз посмотрев на девушку и на фото, он удовлетворенно кивнул головой и достал телефон. Нажав на кнопку вызова, он проговорил:
   - Шеф, она в Америке….Да….Да, конечно.
   Убрав телефон, он вышел из здания аэропорта и тут же затерялся в толпе.